Умерла балерина Нинель Петрова

На 102-м году жизни остановилось сердце Нинель Александровны Петровой — женщины, чье имя было начертано на афишах Мариинки (тогда еще Кировского театра) в те годы, когда город поднимался из руин. В её судьбе, как в капле воды, отразилась вся драматургия советского искусства. Девочка родилась 15 марта 1924 года в Ленинграде, спустя полтора месяца после смерти Ленина. Город переименовали, и малышку в честь вождя нарекли редким именем Нинель (прочти «Ленин» наоборот). Но парадокс истории: за всю свою долгую жизнь в искусстве она была, пожалуй, самой нереволюционной балериной. Когда другие танцовщицы гремели пуантами в героических штурмах, Петрова выходила на сцену иначе — тихо, стройно, словно сошедшая с полотен итальянских мадонн. Соседство с матерью Веры Фокиной, жены великого реформатора балета Михаила Фокина, предопределило судьбу. В девять лет — школьная хореографическая группа, в 1934-м — Ленинградское хореографическое училище. Выпускной 1944 года стал легендой еще до того, как занавес закрылся. Хореограф Леонид Якобсон ставил свой спектакль «Ромео и Джульетта» на музыку Чайковского специально для Нинель. Она танцевала Джульетту, и в её хрупкой героине уже тогда проступила главная черта дарования Петровой — светлая, одухотворенная лирика. Сразу после выпуска — в труппу. И почти четверть века на сцене Кировского (Мариинского) театра она создавала образы, которые критики назовут позже «силой чистоты». Она не была виртуозной техничкой в современном смысле слова. «Сильная сторона дарования Нинель Петровой — не в сверкающих фуэте, а в той одухотворенной выразительности, которая позволяет создавать образы, волнующие своей поэтичностью», — писал критик Л. Энтелис. Она танцевала жертв — Дездемону, Нину в «Маскараде», Марию в «Бахчисарайском фонтане». Но её героини, которых, казалось бы, сломать ничего не стоит, оказывались душевно сильнее могучих мужчин, распоряжавшихся их жизнями. Именно такой запомнили её Фригию в «Спартаке» (первой исполнительницей этой партии в постановке Якобсона 1956 года была именно Петрова), и Жизель, и Фею Сирени в «Спящей красавице». Рядом с ней на сцене часто был тот, кто понимал её с пол-па — муж, народный артист СССР Аскольд Макаров. Их дуэт в «Спартаке», «Отелло» и «Бахчисарайском фонтане» вошел в историю балета как образец сценического родства душ. Завершив карьеру в 1969-м, Петрова не ушла в тень. Она передавала традиции вагановской школы дальше: преподавала в Ленинградской консерватории, была главным балетмейстером и репетитором труппы «Хореографические миниатюры», которой руководил её муж. До 2001 года она оставалась хранительницей знаний, воспитав не одно поколение танцовщиков. Признание приходило к ней неспешно, но весомо. Заслуженная артистка РСФСР (1955), Заслуженный деятель искусств (1993), и лишь в 1999-м — Народная артистка России. А в 2024-м, к своему 100-летию, она получила орден «За заслуги перед Отечеством» IV степени. В её имени была зашифрована революция, но всё её искусство было гимном вечной женственности. «Образы Невесты, юной Жены и Матери, Подруги, Спутницы жизни могли стать и становились символами её миссии в искусстве», — писала о ней критик Вера Красовская. Такая женственность словно бы ступала на сцену из волшебной сказки, чтобы напомнить: красота спасет мир, даже если вокруг руины. Искренние соболезнования родным и близким Нинель Александровны Петровой.